Покинул семью ради «Барселоны». Самые тяжкие дни Андреса Иньесты в «Ла-Масии»

0 Comments

Покинул семью ради «Барселоны». Самые тяжкие дни Андреса Иньесты в «Ла-Масии»

00:00 / 00:00

«Соккер.ру» продолжает рассказывать о домашнем ребенке, ставшем футбольным королем Испании.

В 1996 году на турнире клубных футбольных школ, в котором команда «Альбасете» приняла участие случайно – из-за отказа некоторых других коллективов, Иньеста привлек внимание скаутов «Барселоны». И вскоре ему было сделано предложение поступить в футбольную академию знаменитого клуба, известную как «Ла-Масия». Перспектива расставания с родными повергала Иньесту буквально в ужас, хотя он понимал, что иначе поставит крест на своем футбольном будущем. Но он в какой-то момент был готов даже навсегда забыть о футболе, лишь бы не расставаться с привычной с детства обстановкой.

Представьте себе мальчишку из провинции, попавшего в мегаполис, – я был охвачен вполне логичным ужасом. Мне было очень непросто оставить Фуэнтеальбилью, семью, друзей и начать новую жизнь в «Ла-Масии». Но если ты хочешь чего-то добиться, нужно уметь приносить жертвы.

Но это он напишет позже. А тогда потребовалось немало разговоров, прежде всего с отцом, чтобы заставить самого себя принять это жестокое правило успеха. Хосе Антонио, тоже не представлявший – как это вдруг Андреса больше не будет рядом, пересиливая себя, убеждал сына в том, в чем в глубине души не сомневался: отказ от такого предложения – страшная ошибка и трусость.

Я думал, что умру. Мне не хватало воздуха в комнате, я страшно беспокоился: как же так, он теперь один. Пришлось смириться.

Главная фраза отца, которая запомнилась Андресу из тех разговоров: «Возможно, поезд твоей мечты пройдет в жизни лишь раз». Андрес ответил тогда, что не хочет уезжать.

Но я прекрасно знаю, что когда отец на чем-то так настаивает, он точно прав. Он заставил меня смотреть на это приглашение, как на вызов.

Решение всё же было принято, хотя переживаниям буквально всех членов семьи не было конца. Пусть талант мальчика был уже бесспорным, это всё равно не было гарантией, что все жертвы, которых требовал переезд в Барселону, оправдаются.

Может показаться странным, но некоторые люди считали нас идиотами, думали, что мы сумасшедшие. Конечно, мы были сумасшедшими. Мой отец был сумасшедшим, раз верил, что его сын может однажды стать профессиональным футболистом. Аналогично и мама: «Как вы с этим справитесь?» – спрашивали у нее.

Это было похоже на то, как домашнего малыша первый раз приводят в детский сад и вдруг оставляют одного в чужой для него обстановке. Везли его всем семейством. Семичасовой путь до Барселоны прошел буквально чуть ли не во всеобщем реве, с улыбкой вспоминает нынешний Иньеста. Плакал сам Андрес, будучи не в состоянии даже заставить себя поесть, без остановки плакала мама, был мрачен и тоже лишен аппетита папа и только дедушка оставался бодр. Поселив будущую «звезду» в школе, родные пообещали на следующее утро встретить его у входа, но когда Андрес вышел с надеждой их увидеть, то узнал, что они уже уехали домой. Можно догадаться о его состоянии в тот момент, но…

Это была лучшая возможность привести меня в чувство. Без слез, конечно, не обошлось, но останься они – и было бы гораздо хуже. Даже учитывая всю смелость моего отца, если бы мама выступила против, я бы в тот же день вернулся домой.

Привыкание шло очень тяжело. Спасало Андреса только очень сильное желание стать настоящим игроком «Барселоны». Первые дни в «Ла-Масии» он до сих пор относит к самым несчастным для себя.

Это может показаться абсурдным, но худший день своей жизни я провел в «Ла-Масии». То, что я пережил тогда, ощущаю с той же болью и сейчас так, как будто уже не прошло столько лет. У меня было ощущение сиротства, будто я потерял какую-то частичку себя. Это был очень трудный период. Я хотел быть там, я знал, что лучше для моего будущего, но было очень сложно не видеть своей семьи. Эти чувства меня опустошали изнутри.

Некоторое время у Андреса были проблемы с аппетитом. Он также не хотел разговаривать с родителями по телефону, потому что каждый такой разговор заставлял его плакать «вновь и вновь».

Но в конечном итоге ты привыкаешь, потому что начинаешь думать, зачем приехал сюда и чего пытаешься добиться. Я хотел быть в «Ла-Масии». И как бы плохо мне ни было временами, я не хотел возвращаться домой ни за что. Я должен был остаться там и реализовать свои амбиции: быть в «Ла-Масии» и стать игроком «Барсы».

И к тому же Андрес очень не хотел подвести свою семью. Разумеется, сегодня многое уже видится не только в мрачном свете. Когда-то «первоклассники» идут в школу с ревом и страхом остаться одному без папы с мамой. А затем, спустя годы, так же, со слезами, расстаются с «альма-матер». Иньесте наверняка некогда  и не было смысла плакать при расставании с академией, он просто перешел на более высокий уровень – стал основным игроком знаменитой «Барселоны». Но воспоминания о «Ла Масии» для одного из лучших ее воспитанников за всю историю уже не только печальны. На память приходят и другие моменты, связанные с годами счастливой футбольной юности. Например, вот это:

Я любил пирожные, которые привозили мне родители, и бисквитный торт, что готовила бабушка Жорди Месальеса, кусочки которого мы неизменно макали в шоколадное молоко, перед тем как пойти спать. От «Ла-Масии» у меня остались замечательные воспоминания.

Регулярно посещая нынешний, новый, комплекс академии (а Иньеста из всех воспитанников самый частый ее гость, которого приглашают для встреч с молодыми игроками), Андрес наверняка ностальгирует по старинному «замку», в котором жили юные таланты в годы его пребывания здесь. Не случайно название – «Ла-Масия», означающее «загородный дом». В 90-х академия размещалась в старинной каменной, похожей на крепость трехэтажной постройке, возведенной в 1702 году на тогдашней окраине Барселоны. Это спустя века рядом вырос знаменитый стадион «Камп Ноу». Нынешняя же академия располагает совершенно новым шикарным комплексом зданий в пригороде Сан-Жуан-Деспи. Ушло в прошлое то время, когда будущие звезды занимали помещение, оборудованное 12-ю двухэтажными кроватями. В современном пятиэтажном здании жилые комнаты, рассчитанные на двух человек каждая, учебные классы, раздевалки, тренажерные залы, кухни, склады, столовые, помещения для нефутбольных игр и много чего еще.

Теперь Иньеста бесконечно благодарен отцу и матери за то, что те, хотя сердце у них разрывалось от любви к сыну, пошли на расставание с ним, понимая: так надо для его счастливого будущего. О своих тёплых отношениях с матерью Андрес писал и в автобиографии.

Без тебя всё то, от чего я получаю удовольствие и радость в жизни, было бы невозможным. Ты всегда была довольна своим местом за кулисами, вдали от света софитов, но на этом свете для меня нет никого другого такого незаменимого, как ты. Мы много пролили вместе слез и много страдали вместе, но теперь я наслаждаюсь каждым моментом, который провожу с тобой, и ценю это очень высоко. Я буду вечно благодарен тебе за всё, что ты для меня сделала, мама.

Отцу он спустя годы признался, что согласился остаться в «Ла-Масии», потому что был уверен: отец этого очень хочет.

Я не мог лишить тебя этой возможности после всего того, что ты для меня сделал. …Ты – отец, которого мечтает иметь рядом каждый взрослеющий ребенок. Мне было бы очень трудно ценить всё то, чего я добился сегодня, и то, как далеко зашел, если бы тебя не было рядом. Ты никогда не мечтал о победах в Лиге чемпионов, на Евро или Чемпионате мира – ты просто мечтал о том, чтобы твой сын стал профессиональным футболистом, и нам это удалось.

 Я отношусь к вещам очень серьезно. Если я настроился сделать что-то, я делаю это, потому что по-настоящему считаю это правильным и необходимым… 

Эпиграфом к своей книге «Я это заслужил» он не случайно выбрал следующее высказывание римского императора Марка Аврелия: «Препятствия, встречающиеся на нашем пути, помогают нам увидеть жизнь с другой стороны и подняться после их преодоления с еще большей внутренней силой».

8
Источник www.soccer.ru